Продолжение. Начало в №26
Из-за короткого сельскохозяйственного сезона и низкой урожайности одного земледелия часто не хватало для выживания. Постепенно значение и масштаб промыслов так возросли, что в сельском хозяйстве все заметнее становилась роль женщин, а не мужчин, которые все чаще отправлялись на заработки. Покидая свои деревни ради заработка в городах и на промыслах, крестьяне стремились получить дополнительные доходы, прокормить семью и справиться с повинностями. Это явление получило название отходничество. Прибыльных занятий было множество, но главным делом Подберезья, как и других окружавших его сел и деревень, стало изготовление обуви - преимущественно сапог и калош.
Уже в XVIII веке дубненский край славился своим сапожным мастерством. В архиве Донского монастыря можно найти немало свидетельств того, что крестьяне уже в начале XVIII века отходили в Москву заниматься «сапожным художеством». Некоторые сапожники работали в самой деревне, например, калоши чаще всего изготавливались на месте, в отличие от сапог, которые мастера из Подберезья с большей выгодой шили в Москве или Санкт-Петербурге, поступая в цех сапожного мастерства, работая на городских мастеров или самостоятельно, снимая квартиру. В сапожное дело нередко была вовлечена вся семья - мальчиков приучали к ремеслу с самого детства, иногда их также брали в Москву для обучения и заработка.
К середине XIX века жители Подберезья почти поголовно были сапожниками, как и жители большинства соседних сел и деревень вплоть до особенно славящихся этим делом Кимр. Если посмотреть подворные списки домохозяйств этого периода, видно, что промышленники (кустари и ремесленники) Подберезья неплохо зарабатывали своим ремеслом, и такое положение дел сохранялось до самой революции.
Именно в XIX веке происходит тот самый загадочный переезд Подберезья на новое место. В последний раз Подберезье у волжского берега можно увидеть на карте Корчевского уезда в «Атласе Тверской губернии» 1825 года. На «Специальной карте западной части Российской империи», составленной при Военно-топографическом депо и датирующейся 1840 годом, деревня Подберезье исчезает с берега Волги, а на почтовом тракте из Корчевы в Калязин появляется «Новое Подберезье». Это «Новое Подберезье» и есть нынешняя улица Кирова - с этого момента история деревни продолжается на новом месте.
Главная причина переезда как будто лежит на поверхности - Подберезье переехало к благоустроенной дороге ради выгод, которые сулило пребывание на бойком месте. Перенос целой деревни, с домами и хозяйством - совсем нетривиальное событие - очевидно, что «что-то случилось». Проблема переноса деревни не будет решена, пока не будет найден документ, описывающий его обстоятельства.
Первая версия, которую можно выдвинуть, это подтопление деревни, ведь угроза большой воды так или иначе висела над всеми приволжскими поселениями. В статистическом обзоре 1893 года говорится, что прибрежные покосы деревни по Волге ежегодно заливает водой, в большие разливы наносит много песка, а «льдом изрывает землю». Однако стоит признать, что Подберезье простояло на песке и заливных лугах более двухсот лет - очевидно, что нам не известно некое обстоятельство, которое сподвигло крестьян к переезду. Здесь можно вспомнить разрушительное наводнение 1838 года в Твери и предположить, что в тот год Волга могла особенно сильно разлиться и в районе Подберезья. Так внезапный переезд с насиженного места кажется логичным решением.
Другим вероятным сценарием является пожар. Пожар был будничным явлением в жизни русской деревни. В архиве можно найти свидетельства о многочисленных пожарах в округе. Известно, что в 1840-е горели его соседи - Губин-Угол, Бережок, Богунино, да так, что отдельно обсуждался вопрос их перестройки. В документах 1824 года встречается и упоминание «погорелых крестьян» в Подберезье, однако однозначной информации о гибели целой деревни в огне нет. Примечателен тут не сам факт пожара, а то, что в этот период выходит закон, требующий обязательного составления планов и переустройства по новым правилам казенных деревень - новое устройство могло происходить уже на новом месте. Все вышеперечисленные деревни принадлежали Министерству государственных имуществ, а Подберезье упомянуто среди деревень, планы которых необходимо составить.
К сожалению, на сегодняшний день точно установить причину, обстоятельства и даже момент переезда мы не можем - все имеющиеся сведения носят лишь косвенный характер. Достоверно известен только временной интервал: Подберезье перенесли примерно на 1,5 км на север от исконного места в период с 1825 до 1840 года. Примечательно, что территория старой деревни после ухода жителей долгое время, вплоть до ХХ века, использовалась для сельскохозяйственных работ.
После переезда к большой дороге Подберезье росло и богатело уверенно, но неспешно, оставаясь крупнейшим поселением на территории современной Дубны. К началу ХХ века здесь насчитывалось больше сотни дворов и проживало около 700 человек. Сам традиционный крестьянский уклад долго сохранялся неизменным, однако постепенная модернизация экономики, ускоренная Великими реформами Александра II, меняла и жизнь русской деревни.
Во второй половине XIX века в Подберезье жили «сапожники, шорники и торговцы». Сапожный промысел как был, так и оставался главным делом селения. Всё так же жители шили обувь дома или уезжали на заработки в большие города, а изделия из Подберезья с успехом путешествовали по российским ярмаркам. Жизнь в самой деревне тоже была устроена сообразно заведенному порядку: крестьянский труд давал хлеб насущный, а другие нужды покрывала мелочная лавка и пара торговцев с ларями - верные признаки устроенного крестьянского быта.
На рубеже веков дела и вовсе пошли в гору. Еще в пореформенное время в деревне была устроена простейшая школа грамотности, а в начале ХХ столетия создана сельская одноклассная церковно-приходская школа, где обучалось более 60 детей. Сами подберезские жители активно участвовали в делах деревни - на сельском сходе решались самые разные вопросы, от создания ссудо-сберегательной кассы до организации пожарной дружины.
Религиозная жизнь жителей Подберезья, как и любой другой деревни, сосредотачивалась в церкви, однако в самом старом Подберезье никогда не было своего храма. На протяжении нескольких веков крестьяне из Подберезья являлись прихожанами Богородицерождественской церкви в соседнем селе Крева - здесь они венчались, крестили детей и отпевали покойников. Этот храм в наше время утрачен - село Крева было затоплено в ходе строительства Канала имени Москвы. В новом Подберезье свой храм появился в начале ХХ века. В августе 1907 года была торжественно заложена церковь Смоленской иконы Божьей Матери. Это событие, несомненно, имело для жителей огромное духовное значение, но, кроме этого, храм повышал статус деревни в округе. По сути, деревня Подберезье могла претендовать на звание села.
Однако размеренной жизни пришел конец в 1917 году. Приход советской власти изменил судьбу Подберезья: началась коллективизация, закрылся храм, постепенно ушел в прошлое повсеместный сапожный промысел. Облик всего региона полностью преобразило строительство Канала имени Москвы - вековые соседи деревни оказались под водами Иваньковского водохранилища, а на его берегах появился авиазавод № 30, будущий Дубненский машиностроительный завод. ДМЗ стал точкой притяжения для всего Левобережья, включая Подберезье. В середине ХХ века бывшая деревня Подберезье стала частью города Дубны. Сегодня только несколько топонимов все еще напоминают о деревенском прошлом - это соседняя Новоподберезская улица в городе Дубне и Подберезское лесничество в Кимрском районе.
Раскопки русских деревень, подобных Подберезью, относятся к археологии Нового времени - это область на стыке этнографии, краеведения и классической археологии, новое и перспективное направление исследований. В истории Дубны сегодня оно разработано мало, поскольку история местных деревень долгое время воспринималась как своего рода буферная зона между большими историческими событиями. Однако такие исследования позволяют наладить связь времен и напомнить, как глубоко могут уходить корни знакомых мест.
Дарья Громова,
кандидат исторических наук, МБУ «Музей Дубны»
